Форум » Фигурка от А до Я » Пресса. Часть 5 (продолжение) » Ответить
Пресса. Часть 5 (продолжение)
Asha: Часть первая тут! Часть вторая тут! Часть третья тут! Часть четвертая тут! Выкладываем новые статьи для обсуждения! Приветствуются переводы статей с ссылкой на источник! Обсуждаем и дискутируем
Ответов - 21, стр:
1 2 All
Олечка: Яzz ,отличная статья ,интересно было почитать
Даночка: Девчат, спасибо за такие интересные статьи!!!!!!!!!
Олечка: Оксана ДОМНИНА: В Ванкувере на мне будет огромная ответственность Чемпионы мира 2009 года в танцах на льду россияне Оксана Домнина и Максим Шабалин из-за травмы партнера вынуждены были пропустить этап Гран-при в Москве. Однако фигуристка все-таки пришла в ледовый дворец "Мегаспорт" на Ходынке и следила за соревнованиями, правда в качестве зрителя. Воспользовавшись ситуацией, корреспондент "Времени новостей" Ольга ЕРМОЛИНА побеседовала с Оксаной ДОМНИНОЙ. - Оксана, как долго вы пробудете в Москве? - Сразу после турнира улетаю в Америку, Максим задержится еще на пару дней, чтобы закончить лечение в клинике. - Когда вы узнали о том, что не сможете участвовать в этапах Гран-при? - Когда прилетели в Москву. Прошли медицинский осмотр. Врачи сказали, что Максиму надо подлечиться, чтобы в последующие месяцы нормально тренироваться и выступать. Конечно, мы расстроились, что не сможем показать свои новые программы в Москве, но иногда надо чем-то жертвовать. Мы стали заниматься их постановкой в июле. Катались, работали. И видимо, из-за нагрузок травма Максима дала о себе знать. К сожалению, эта проблема (врачи поставили диагноз "артроз левого коленного сустава") будет беспокоить его до конца жизни. Но наша задача сейчас состоит в другом - хорошо выступить на Олимпиаде в Ванкувере, и для этого лучше сняться с этапов Гран-при, чем "убить" ногу окончательно. - Вы планируете выступать на чемпионатах России и Европы? - Безусловно, потому что в связи с создавшейся ситуацией нам нужны старты. Судьи должны посмотреть на нас хотя бы разок. - Насколько реально увидеть вашу пару на Открытом чемпионате Москвы в конце ноября? - Все будет зависеть от здоровья Максима. Если не возникнет серьезных проблем и мы в ближайшее время сможем продолжить тренировки, то хотели бы выступить и на этих соревнованиях. Но такой вариант пока под вопросом. - В Москве вы тренировались вместе с Романом Костомаровым. Неужели катали новые программы? - Рома приходил на тренировки, чтобы просто меня поддержать. В большей степени морально. Мы катали с ним кусочками обязательные танцы. Ни оригинальный, ни произвольный он, конечно, не учил. Да ему это и не надо. Правда, Рома видел наши новые программы, и они ему очень понравились. - Кто ставил вам программы? - Наталья Владимировна Линичук. Оригинальный танец - "Австралийские аборигены", и это название, мне кажется, говорит само за себя. А произвольный - "Страсть" - про любовь-морковь, чувства, нежность и все такое. К фильму "Реквием по мечте" наша музыка не имеет никакого отношения. Из саундтрека мы взяли всего одну минуту, если не меньше. Какое еще музыкальное сопровождение последует за этой вставкой - не скажу, увидите. - Вы действительно для постановки новых программ работали с акробатами? - Да, еще в мае мы летали для этого в Киев, но ничего не получилось. Это стало понятно после первого занятия - не пошло. Зато потом мы здорово поработали с Сергеем Гречушкиным - акробатом из Московского цирка на Цветном бульваре. Он нам очень помог. Конечно, так крутиться, как канадцы Виртью с Мойром, мы не будем, но что-то новое покажем. - Что будет самым сложным для вас на Олимпиаде? - Все. Олимпийские игры - особенный старт. У нас, конечно, есть опыт участия в Играх, то тогда мы не боролись за медали. Тем не менее, оказавшись в олимпийской деревне, ощутили на себе напряжение, нервозность, ответственность. В Ванкувере самое главное будет морально настроиться и подготовиться к соревнованиям. Но мне кажется, что мы прошли определенные сложности, которые нас закалили, так что, думаю, все будет хорошо. - С тех пор как Максима стали мучить травмы, вам, как партнерше, приходится выступать "за себя и за того парня". Но Олимпиада, выражаясь вашими словами, это особенный старт. - Тяжело будет, но я отношусь ко всему спокойно. На чемпионатах Европы, мира, финале Гран-при на мне лежала двойная ответственность, а в Ванкувере будет пятерная. - Последние два года вы тренируетесь в США, после чемпионата мира в Лос-Анджелесе, который вы выиграли, изменилось отношение к вам американцев? - Ничего не изменилось. Конечно, нас встречали в нашем городе после чемпионата. Но не так, как в аэропорту Шереметьево и Одинцове. Все равно мы русские люди для Америки. Там свои герои. - После Игр планируете остаться в Делавере? - Нет, таких планов нет ни у меня, ни у Максима. Конечно, за год мы свыклись с жизнью в США, стали спокойнее относиться ко многим вещам. Но больше всего греет мысль, что до возвращения осталось чуть-чуть. - Наверное, слишком рано сейчас спрашивать о послеолимпийских планах? - Я вообще не люблю загадывать. Но если здраво оценивать происходящее, то Максиму наверняка придется оставить спорт. А я еще покатаюсь. Не хочу раскрывать всех планов, но понятно, что женское одиночное катание не для меня. источник
Яzz: Олечка
efes: Оксана Домнина говорит: А я еще покатаюсь. Не хочу раскрывать всех планов, но понятно, что женское одиночное катание не для меня. Заинтриговала!!!! Что же это будет?
Дарья: Олечка пишет: - Рома приходил на тренировки, чтобы просто меня поддержать. В большей степени морально. Мы катали с ним кусочками обязательные танцы я так и думала про обязательные) тревожно за Оксану с Максимом... За статью спасибо
elen: Олечка спасибо за статью!
Яzz: а я снова с материалами Валентин Писеев: Второго номера в женском одиночном катании нет Президент федерации фигурного катания на коньках России оценил выступление российских спортсменов на московском этапе Гран-при. «Женя, на мой взгляд, изменился. В лучшую сторону. Даже при таком прокате он прислушивается к тем замечаниям, которые были высказаны на судейском разборе. Их было не так много, но каждый судья ведь высказывает свою точку зрения. А из этих оценок и выводится победа или проигрыш. Так что все надо учитывать. Ну, и само выступление порадовало. Евгений явно выступал на кураже. На показательных выступлениях, представьте, он сделал три тройных акселя, а четверной прыгнул так, как, кажется, никто и никогда не прыгал. На такой скорости, с таким прекрасным выездом. Самое главное, чтобы не было, конечно, травм или заболеваний. Кураж поймал, мастерство великое, надо готовиться. Очень приятно, что Мария Мухортова с Максимом Траньковым, которые раньше не показывали никогда хорошие прокаты произвольной программы, наконец рванули вперед. И то, что они выиграли этап, и те отзывы, которые получили, говорят о прогрессе пары. А спортсмены показали, что могут безошибочно кататься. Еще эта победа намекнула на то, что и немцы Савченко—Шолковы могут в любой момент дрогнуть. Ведь они катались после Мухортовой с Траньковым. Все увидели — да, у них можно выигрывать. Конечно, Юко Кавагути и Саша Смирнов не показали в Москве того, что мы видели, например, на контрольных прокатах. Может, конкуренция их подзажала? Китайская пара выглядит очень неплохо. Но я в наших ребят верю, и верю в то, что они подойдут к Ванкуверу в хорошей форме. Может быть, повлияло то, что они чуть раньше начали входить в форму, а сейчас переживают небольшой спад. Что беспокоит? Подготовка Оксаны Домниной и Максима Шабалина. Сейчас Максим находится в одном из московских медицинских центров на реабилитации. Говорит: прогресс в лечении колена есть, боли сняты, мышцы становятся более «рабочими». Это положительный момент, но в плане лечения. А времени на столь необходимые паре старты остается все меньше. Хотя мы и знаем, что программы подготовлены, видели их. Наши специалисты ездили к паре в Америку, там были целиковые прокаты и оригинального, и произвольного танцев. Кстати, все в один голос говорят, что произвольный танец у Оксаны с Максимом просто потрясающий. Но вот то, что они сейчас выпали из соревновательной обоймы, настораживает. А в танцах мы как чемпионы мира должны бороться за золотые медали. Вторая наша пара — Яна Хохлова с Сергеем Новицким — работает, мы их пока не видели на международных стартах. Первый для них этап Гран-при пройдет в Китае. Бороться они умеют, тренеры тоже будут бороться. Приятно, что Алена Леонова, хоть она, естественно, и не будет на медаль претендовать, прогрессирует. И программы у нее интересные. А что касается второго номера у женщин — вот это сплошное разочарование. Второго номера, можно считать, и нет. Знаете, пока с девочками разговор идет примерно такой: «Ты чего так плохо катаешься?» — «А я короткую хорошо откатала». — «А произвольную?» — «Ну…» Амбиций много, толку — мало. За вторую путевку у мужчин борьба будет отчаянная. Сергей Воронов пока, правда, не впечатлил своим катанием, надеюсь, подтянется к чемпионату России. А вот Артем Бородулин — просто умница. В прошлом году бился с тройным акселем, а в Москве прыгнул тройной аксель с тройным тулупом — ну не красавец? Про Андрея Лутая пока говорить нечего — в Перми он был пятым, находится пока в разобранном состоянии, мы его поэтому и сняли с московского этапа» - сказал Писеев. источник
Аллекс: Конечно, Юко Кавагути и Саша Смирнов не показали в Москве того, что мы видели, например, на контрольных прокатах. По отзывам на контрольных прокатах вообще жуть была. Или он не туда смотрел?
Олечка: Яzz ,спасибо Яzz пишет: а я снова с материалами
КсюКо: Аллекс пишет: По отзывам на контрольных прокатах вообще жуть была а можно ссылки какие-нибудь дать на эти отзывы? я чего-то в первые слышу о таком. Что могли сделать ребята, чтобы была жуть??
Дарина: Яzz пишет: Валентин Писеев: Второго номера в женском одиночном катании нет Но это прогресс! Не так давно он заявлял что и первого-то нет!
Maniasha: Девочки, а переведите, пожалуйста, кто-нибудь эту статью про Эмили и Эвана Буду очень благодарна! http://www.goldenskate.com/articles/2009/100409.shtml
Дарина: Maniasha , я постараюсь
Яzz: Дарина пишет: Но это прогресс! Не так давно он заявлял что и первого-то нет! точно. все обещал Сочи-2014
Олечка: Рублёва:"15-й сезон мы катаемся вместе" О французской теме, лучшем результате в карьере, костюмах, глубоких чувствах – в первой части интервью бронзовых призёров Rostelecom Cup Екатерины Рублёвой и Ивана Шефера. "Выступать дома морально было тяжелее", — признавалась Екатерина Рублёва после того, как все три танца - обязательный, оригинальный и произвольный - были позади. Для них с Иваном Шефером Rostelecom Cup стал уже вторым этапом Гран-при. Неделю до того ребята выступали в Париже на Trophee Eric Bompard, где стали пятыми. После того как из-за травмы партнёра с соревнований снялись Оксана Домнина и Максим Шабалин, Рублёва — Шефер стали первым номером сборной на московском турнире. Ожидания и болельщиков, и федерации резко возросли. Ребята справились, выиграв бронзовую медаль. — Катя и Ваня, поздравляем с таким удачным стартом. Вы не просто завоевали медаль, но и обновили свой personal best, лучший результат в карьере. Как сами чувствуете: действительно стали кататься лучше или просто судьи стали к вам лучше относиться? — Е. Р.: Мы прекрасно знаем свои слабые стороны и к себе относимся с очень большой долей критики. На протяжении долгих лет к нам достаточно строго относились и очень многого требовали. Так что понимаем: расслабляться нельзя, надо работать, работать и работать. Нет предела совершенству. Ну а судьи, скорее всего, поняли, что мы просто так не отступим! Что закалённые вечной борьбой Рублёва — Шефер будут стоять на своём! — И. Ш.: Мы многое поменяли. У нас теперь новый хореограф, новый специалист по общефизической подготовке. А это значит – совершенно другой подход к тренировкам. — Е. Р.: Когда мы вышли на лёд во время сентябрьских прокатов сборной, почувствовали, насколько легче нам дался танец. И связали это именно с тем, что физической подготовке уделялось большое внимание. — Костюмы у вас в этом сезоне тоже просто отличные. Особенно те, что вы использовали в оригинальном танце, очень понравились. — Е. Р. и И. Ш.: Да, здесь тоже всё по-новому. Эскизы к костюмам нарисовал художник, с которым мы раньше не работали, – Ангелина Мымликова. Это немного спонтанно получилось. И пошив мы заказывали в новом для нас ателье, Dance Art. — У вас лиричный произвольный под "Вечную любовь" и совершенно другой, зажигательный оригинальный танец на русскую народную тему. Задача – показать разные стороны вашего характера? — Е. Р.: Мне кажется, что для нашей пары не составляет труда раскрыть разные образы. В прошлом году нашей темой была Испания. Достаточно сильная и абсолютно другая программа, нежели сейчас. Я не могу сказать, что у нас есть какой-то типаж, мы можем сделать всё. И потом, на контрастах работать интереснее, согласитесь. Если будет сплошная лирика, люди могут и заскучать! — Тема Франции у вас не только в произвольном, но и показательном. Какой танец появился раньше? — И. Ш.: Практически одновременно. На самом деле номер под песню Мирей Маттье сначала готовился не для гала-концертов. Когда заговорили о том, что, возможно, обязательный и оригинальный танцы объединят – это был один из вариантов такого соединения. Там есть и кусочки из двух обязательных вальсов – Золотого и Венского, и такие элементы, как параллельная дорожка, поддержка и твиззлы. Мы показывали его в Милане на семинаре ISU, посвящённом объединению двух видов танцевальной программы. — Е. Р.: Французская тема нас преследует уже очень давно. Мне безумно нравится французский язык, Франция – потрясающе красивая страна. — И. Ш.: Париж – это вообще лучший город в мире. — Е. Р.: Поэтому в своё время у нас была "Ромео и Джульетта" из французского мюзикла, и под Патрисию Каас мы катались. Вот и с произвольным – радостно шагнули в эту тему снова. Тем более и тренеры, и критики считают, что нам очень идут такие вещи. — Мне кажется, что для олимпийского сезона, да и не только для него, должны выбираться именно те программы, которые больше всего подходят паре. — Е. Р.: Мы уже очень давно катаемся вместе, и для нас не составляет труда показать на льду глубокие чувства. Менее скатанным парам это тяжелее даётся. Один близкий знакомый спросил меня: "Что вы показываете в этом танце?" Мы долго размышляли и пришли к выводу, что это не влюблённость юных Ромео и Джульетты, а любовь двух взрослых людей, которые отдают себе отчёт в том, насколько важно сохранить это чувство. Хотелось показать глубину таких серьёзных отношений. Я думаю, что это получилось. — Давайте поговорим немного об истории вашей пары. Вы помните, как всё начиналось? Когда вы начали кататься вместе? — Е. Р.: Ой, я всё прекрасно помню. Ванечку вообще заметил сначала мой папа. — И. Ш.: Да, я тогда катался в одиночниках и видел, как какой-то дядя приходил на наши тренировки. Смотрел, обсуждал что-то с моим тренером, Владимиром Александровичем Мамаевым. — Е. Р.: А потом в один прекрасный день папа пришёл и сказал: "Катя, я нашёл тебе другого партнёра". На тот момент я уже каталась в паре – с этим мальчиком, кстати, мы учились вместе в одном классе и до сих пор поддерживаем хорошие отношения. У нас замечательно проходили тренировки, мы вместе смеялись-хохотали. И первая моя мысль была: "Ну как же так?" Но у моего партнёра начались проблемы со здоровьем, и вопрос, что называется, встал ребром. И тут – появился Ваня. — И. Ш.: Я, конечно, поломался немного, когда мне предложили перейти из одиночников в танцоры. Но согласился довольно быстро. Единственное, что меня беспокоило, – обязательные позиции. Когда катаешься один – всё решаешь сам за себя, а тут партнёрша, её держать, вести надо. Очень хорошо помню, как мы начинали кататься, – в разные стороны. Я брал Катю за руку, спрашивал: "Готова?", она кивала: "Готова", и мы начинали двигаться, но я тянул влево, а Катя – вправо. — Е. Р.: Притирались, конечно, долго друг к другу. Ведь два совершенно разных характера, две разные ипостаси. Что скрывать, было всё, прошли через все проблемы, через которые можно было пройти. Но сейчас… Всё же бывает, что по прошествии времени некоторые партнёры даже видеть друг друга не хотят. У нас же случилось иначе, мы смогли найти подход друг к другу. Теперь Ваня – это как моя вторая половинка, я знаю, что этот человек мне очень близок. — И. Ш.: Для нас этот год уже юбилейный. Уже 15-й сезон мы катаемся вместе. — 15 лет – действительно, солидный стаж. Вы не сразу оказались в группе Ирины Жук и Александра Свинина. Как складывался ваш путь? — Е.Р.: Сначала катались в Кирове, у тренера Ольги Николаевны Рябининой. Когда папы не стало… Мама сказала, что работать с нами не будет. Я её понимаю – с собственной дочкой всегда тяжелее работать. Да и характер у меня, могу сказать, не подарок. Так что мы стали тренироваться у Ольги Николаевны, ученицы моего папы. — И.Ш.: Потом нас пригласили в группу Алексеевой Светланы Львовны, у которой мы откатались четыре сезона в юниорах. Результаты были неплохие. Но что-то хотелось поменять, да и со стороны федерации толчок был. Так мы и оказались у Ирины Жук и Александра Свинина. — Переход к новому тренеру обычно означает, что многое приходится начинать с самого нуля. Тяжело было? — Е.Р. и И.Ш.: Конечно, у каждого тренера – свой подход, даже к элементарной технике скольжения. Пришлось себя поломать, потому что сложно менять что-то, что заложено с самого детства. Всю жизнь была одна система, и вдруг приходится работать по другим принципам. Но в итоге сейчас, когда мы катаемся, кажется, что так и было изначально. — Вам пришлось пройти и смену судейской системы, когда вместо старых добрых 6.0 появились компоненты, GOE, уровни… — И.Ш.: Поначалу в этой новой системе вообще ничего не было понятно. Как, из чего складывается оценка, много или мало баллов мы набрали. — Е.Р.: Потом я сдала экзамен на технического специалиста и на судью – чтобы лучше разбираться во всём этом, да и интересно стало. И тогда мы что-то начали понимать. — Получается, что большую часть времени – занимает фигурное катание. Не кажется, что жизнь проходит мимо, что от много приходится отказываться? — Е.Р.: На самом деле я отдаю отчёт себе в том, что это происходит. Но не страдаю и уж тем более не заламываю руки: "Господи, все живут, а я пашу как лось!" Мы знаем, для чего мы это делаем, куда идём. Конечно, сначала друзья удивлялись, возмущались даже, когда мы заявляли: нам пора, завтра рано вставать на тренировку, надо выспаться. Теперь просто машут рукой: "Идите, спортсмены". Относятся с пониманием. — И.Ш.: Да и время свободное всё же можно найти. Я вот сейчас стал автолюбителем. Недавно сдал на права, и теперь – сразу за руль, как только свободная минутка выдается. — Е.Р.: А я люблю проводить время с друзьями, но и о себе не забываю. Обязательно – массаж, занятия йогой. Люблю читать книги, не обязательно художественные, увлекаюсь философией. Считаю, что это важно – чтобы душа тоже развивалась, не стояла на месте. — В завершение – ещё пара вопросов о сезоне. И – об олимпийской гонке. Если в некоторых странах борьбы за путевки в Ванкувер фактически нет, потому что претендентов не так уж много, в России, и особенно в танцах, даже три возможных места – ещё не гарантия того, что вы попадете в олимпийскую сборную. Это добавляет нервозности? — Е.Р.: У нас настрой не меняется уже четвертый сезон. Нам постоянно надо бороться. — И.Ш.: Иногда кажется, что можно расслабиться, но лучше этого не делать. Ничего нельзя предугадать. — Так получилось, что вы уже выступили на двух этапах Гран-при, а чемпионат России – лишь в конце декабря. Как будете тренироваться в это время? — Е.Р.: Думаю, что будет какой-нибудь промежуточный старт, он необходим. Два месяца – это много. Сейчас наши тренеры улетают на соревнования с Яной и Сережей, а нам, после двух стартов подряд, дадут небольшую передышку. Накопилась целая куча дел, которую нужно сделать, я планирую съездить домой. — И.Ш.: Отдохнем, придем в себя – и снова в бой. — В завершение – ещё пара вопросов о сезоне. И – об олимпийской гонке. Если в некоторых странах борьбы за путевки в Ванкувер фактически нет, потому что претендентов не так уж много, в России, и особенно в танцах, даже три возможных места – ещё не гарантия того, что вы попадете в олимпийскую сборную. Это добавляет нервозности? — Е.Р.: У нас настрой не меняется уже четвертый сезон. Нам постоянно надо бороться. — И.Ш.: Иногда кажется, что можно расслабиться, но лучше этого не делать. Ничего нельзя предугадать. Источник
elen: Олечка спасибо
Олечка: Зуева: каждый танец ставится на спортсмена На двух из трёх этапов Гран-при победу в танцах одержали пары, постоянным хореографом которых выступает Марина Зуева. В интервью она поделилась секретами успеха своей работы. — Вирту-Мойра и Дэвис-Уайта специалисты называют одними из самых ярких молодых пар. Не сложно ставить программы для сразу двух дуэтов, выступающих на столь высоком уровне? — Нет, нисколько. Это же абсолютно разные таланты. Лучшее в Мэрил и Чарли диаметрально противоположно тому, что является лучшим в Тессе и Скотте. И когда я хочу показать в них это лучшее, появляются совершенно разные программы. Ведь каждый танец ставится на спортсмена, на личность. Могу сказать, что я счастлива работать с такими одарёнными фигуристами. — Оригинальные танцы у этих двух пар действительно абсолютно разные. Как вы подбирали эти образы, как работали над постановками? — Опять же – исходила из того, что лучше всего им подходит. Вы посмотрите, ведь от Мэрил глаз не оторвать в этом танце, так ей идут индийские жесты. Я и сама изучала хореографию Востока, но это было давно, ещё в институте. Чтобы добиться достоверности, мы специально приглашали настоящих индийских танцоров, которые преподают в США. С фламенко – другая история. В 1994 году, когда в любительский спорт вернулись Катя Гордеева с Серёжей Гриньковым, я ставила им фламенко. Это было впервые, никто раньше не брал в парном катании такую тему, и я решила, что может получиться интересная программа. Я специально занималась историей этого танца, моя преподавательница подарила мне очень много дисков с записями фламенко, родители одного из учеников, испанца – несколько книг, видео на эту тему. Так что у меня ещё с тех времён сохранилось очень много материала. Я отобрала 10 дисков с мелодиями и дала их послушать Тессе и Скотту. Хотела, чтобы окончательный вариант они выбрали сами. И знаете, больше всего им понравилась именно та композиция, которая и мне казалась самой для них подходящей. — Но от канадской-то пары на Олимпиаде в Ванкувере ждали национального колорита… — Мы рассматривали три варианта и первым, конечно же, присматривались именно к канадскому народному танцу. Это, собственно, Scottish country dance, который завезли в Канаду шотландцы. Прослушали несколько мелодий и поняли: музыкальный материал, по крайней мере, тот, который у нас был, не позволит выразить темперамент, чувства. А то, что выделяет Тессу и Скотта, - это уникальное взаимодействие между ними, умение показать чувство между мужчиной и женщиной. Словом, мы поняли, что канадской музыке придётся отказать. Дальше выбирали между мексиканским танцем и фламенко. Мне казалось, что мексиканский – интересная идея для них. Но Тесса заявила, что ей не нравятся мексиканские платья. Так что в итоге остановились на фламенко. — То есть решающую роль сыграло платье? — Так ведь девушка. Для Тессы очень важно, как она выглядит, важно, чтобы ей нравилось, как она выглядит. Так что – и это учитываем тоже. — От оригинальных танцев – к произвольным. Здесь у вас тоже разный подход. Дэвис-Уайт катаются под очень популярное произведение "Призрака Оперы" Эндрю Ллойда Уэббера. — За эту программу сначала были только я и Чарли. Даже официальные лица из американской федерации кривились: "Снова Фантом". А мы говорили: "Да, мы катаем Фантома". Я приводила в качестве аргумента следующее: сколько лет этот мюзикл идёт на Бродвее, и до сих пор на каждое шоу раскупаются все билеты. Это классика, которая всегда будет популярной. И для Мэрил и Чарли лучше музыки в этом сезоне нельзя было придумать. — Федерация давит? — Они не давят, скорее рекомендуют. Высказывают своё мнение. Им же хочется, чтобы их новые звёзды тоже блистали. Смотрят, сравнивают. "Вот, для Тессы и Скотта у вас редкая музыка". Но ведь пары-то разные. — Для Вирту - Мойра вы действительно взяли композицию не самую известную в мире фигурного катания. — Пятая симфония Густава Малера, на мой взгляд, одно из гениальнейших музыкальных произведений, но мало кто знает этого композитора. Знают Чайковского, Моцарта – в некотором роде популярную классику. И мне очень хотелось вынести эту музыку на суд общественности. Ещё учась в институте на отделении балетмейстерства, я очень чётко представила, как должен выглядеть танец под неё. И ждала, ждала очень долго, когда придут исполнители. — И вы поняли это сразу, когда к вам пришли Тесса и Скотт? Они ведь были ещё детьми. — Но и не совсем малыши, скорее – подростки, тинейджеры. 14 и 16 лет. И уже было видно, что в мальчике развивается мужчина, а в девочке – женщина. Главное, ещё тогда у них уже было удивительное чувство музыки и умение передавать эмоцию в движении. Поэтому я считаю их уникальной парой. — Пятую симфонию Малера трактуют по-разному. Вы видите в ней именно светлую сторону? — Абсолютно. Это моё восприятие этой музыки. Свет, радость, движение в будущее. Знаете, у Малера была возлюбленная Альма Шиндлер, пианистка. И когда он написал эту симфонию и положил перед ней на рояль листы с партитурой, Альма, прочитав ноты, поняла, что ей делают предложение. Как же это может быть не светлым произведением? Я знаю, что некоторые балетмейстеры дают более трагичную интерпретацию. Но из более чем 20 исполнений этого произведения я выбрала наиболее светлое. То, что ближе всего Тессе и Скотту. — В этом сезоне вы снова решили показать эту пару романтичной. — На самом деле, идея у меня была готова ещё год назад. Но чтобы лучше показать эту программу в олимпийский сезон, тогда мне нужно было поставить что-то другое, что-то совершенно противоположное. И в прошлом сезоне у них в произвольном был модерн - Пинк Флойд The Great Gig In The Sky, интересная программа, совершенно не похожая на то, что они делали раньше. Они доказали, что умеют быть и такими. Но по романтике в их исполнении соскучились. И теперь я слышу не только от поклонников, но и от специалистов: "Как хорошо, что Тесса и Скотт снова танцуют романтику". — А самим ребятам вы говорили об этом замысле? — Нет, не говорила никому. И хотя точно знала, что программа есть, предлагала: давайте, выдвигайте идеи. А сама незаметно подводила к тому, чтобы они поняли: вот это их. Именно под эту музыку и именно в этом сезоне они будут исполнять свой произвольный танец. — Как долго создавалась программа? — Очень быстро. Ведь у меня уже был выстроен образ в голове. Конечно, потратили какое-то время на доработку. Игорь Шпильбанд делал дорожки шагов. — Поддержки опять же. Поддержки танцоров вашей группы уже вошли в поговорку. Это правда, что вы приглашали акробатов из цирка "Дю Солей" для работы над ними? — Для нас это большое, отдельное направление работы. Всё началось два года назад. Дело в том, что у Тессы и Скотта разница в росте небольшая, что тяжело для поддержек. Когда они были второй парой в сборной Канады после Мари-Франс Дюбрель и Патриса Лаузона, я видела, что технически и эмоционально они уже готовы соперничать с ними. Но вот по поддержкам шло отставание. И тогда сначала мы пригласили гимнастов, с которыми ребята начали делать упражнения на развитие координации. А я сама за это время перелопатила уйму литературы. Вспомнила всё то, что сама использовала в парном катании, изучала историю этого вида, отмечая, какие поддержки были бы теперь интересны в танцах. Очень много книг прочитала по истории балета. А вот уже после – мы действительно пригласили специалистов по акробатике, нам здесь посодействовала канадская федерация по фигурному катанию. Акробаты помогли сделать придуманные нами поддержки менее опасными и более легкими в исполнении. Ведь важно было, чтобы спортсмены не получили травму, исполняя эти элементы на тренировках и соревнованиях. Всё это вместе и дало такой мощный толчок. Плюс, конечно, желание самих фигуристов. Ведь на изучение каждой поддержки уходит в среднем два месяца. Это тяжелый труд. И они сами сознательно по полчаса в день занимаются исключительно поддержками. — Вирту - Мойр в прошлом сезоне пропустили всю серию Гран-при из-за операции на ногах, которую перенесла Тесса. Они не могли кататься в полную силу, и в этом сезоне в каком-то смысле тоже возвращаются. Для них это дополнительное давление? — Вы знаете, когда произвольный танец был готов, я повезла Тессу и Скотта на местные соревнования в Канаде. Уже в августе. Видео проката попало в Интернет, его выложили на YouTube – и я была рада этому, хотя мне говорили: "Ты что, ещё так рано!" А я решила: пусть все видят. Потому что, когда программу показывают на соревнованиях уже в августе, да ещё на таком уровне, – сразу пропадают вопросы о том, болят ли ещё ноги и готовы ли спортсмены выступать. Источник
Эрис: Олечка спасибо! Но чтобы лучше показать эту программу в олимпийский сезон, тогда мне нужно было поставить что-то другое, что-то совершенно противоположное. Вот это мне очень не нравится. То есть Пинк Флоид - всего лишь почва под Малера. Я не согласна.
Яzz: вроде не было Николай Морозов: «Я бы с удовольствием поработал с русскими фигуристами. Но предложений пока нет» Тренер и хореограф Николай Морозов, сделавший карьеру за рубежом, в эксклюзивном интервью Sports.ru рассказал о японских пластилиновых фигуристах, которые прячут эмоции, сложной ученице Мики Андо, разрыве контракта с Дайсуке Тахакаши, ожидании чуда от наших фигуристов и олимпийских программах Евгения Плющенко. Когда-то напарник Татьяны Навки, затем помощник знаменитой Татьяны Тарасовой, автор золотых олимпийских программ Алексея Ягудина и Шизуки Аракавы, а сейчас самостоятельный специалист Николай Морозов в очередной раз доказал, что его метод работы приносит успех. Морозов – уникальная личность в мире фигурного катания, «3 в 1» – тренер-хореограф-постановщик. Его композиции отличаются легкостью. Так необходимые при нынешней судейской системе сложные «крюки и выкрюки» и хореографические па не перегружают общее впечатление от программы и, что самое главное, не мешают спортсменам исполнять прыжки. На столичном этапе Гран-при его подопечная Мики Андо одержала убедительную победу. – Вы довольны выступлением Мики Андо? – Ничего особенного, на мой взгляд, не произошло. К победе Мики отношусь более чем спокойно, идет плановая подготовка к основным стартам года. – Какое значение имеют этапы Гран-при в олимпийском сезоне? – Для кого-то это высший пилотаж, для кого-то тренировка. Я рад, что Мики хорошо выступила. Она не супер выступила, а средне, как сейчас готова. Никто не старался, чтобы она каталась лучше. – В ее арсенале значится четверной сальхов. В Москве он не был даже запланирован…. – Да, пока она его даже на предстартовой тренировке не пыталась сделать. – Почему? – Спешить некуда. Все впереди. Пока нет смысла рисковать. – Реально ли будет бороться с кореянкой Ю-На Ким? – Это очень сложный вопрос. Кореянка несколько лет приезжает на чемпионат мира в великолепной форме, однако выиграла его лишь однажды. Исход Олимпийских игр предсказать невозможно. И мы не отказываемся от борьбы. – Вы не первый год работаете с японскими спортсменами. Их темперамент отличается от русских? – Я над этим работаю. И рад, что Мики каталась уже не как японка. Она показала эмоции. Она понимает, насколько это важно. На японском лице эмоций, как правило, не увидишь, они их не показывают. Все прячут в себе. Такова их культура. Но эмоции-то у них есть, и моя задача – заставить их открыться и показать чувства людям. – Судьям это нужно? – А как же! По судейским схемам это перфоманс и интерпретация. Очень важно произвести на арбитров хорошее общее впечатление. – И как же работаете над этим? Вдохновляете перед выходом на лед? – Это каждодневная тяжелая работа. Я рад, что мои спортсмены понимают, что это важно. – Где вы тренируете японских фигуристов? – В Америке, а в Японию езжу только на соревнования. – Уход от вас Дайсуке Такахаши связан с приходом Нобунари Ода? – Нет. Сначала я разошелся с Дайсуке, а затем стал работать с Нобунари. – Почему тогда ушел Такахаши? – Он подписал контракт с агентом, который стал вмешиваться во все детали катания. Мне это не нравилось, и я предложил Дайсуке выбирать: либо ты остаешься со мной, либо со своим агентом. - Работа агента мешала общему результату? - Да. Например, я считаю, что травма, которую в прошлом году получил Дайсуке, полностью на совести агента, а также его вина в том, что Дайсуке мог, но не выиграл чемпионат мира в позапрошлом году. Да и сейчас его результаты говорят о неправильном подходе к тренировочному процессу. – Каким образом агент помешал? – Ну, например, он заказал ему ботинки на полразмера меньше. И Дайсуке молчал, никому об испытываемых неудобствах не говорил. Молчал, как и положено в их культуре. Одним словом, приказали, значит надо выполнять. – Получается японские фигуристы – это пластилин? – Нет, это далеко не так. Просто им надо долго объяснять, что происходит. У них очень талантливые тела, а что с ними делать, они не знают. – Кто вам помогает работать? – Со всеми я работаю один. – Многие фигуристы высоко ценят ваши программы, узнают почерк. – Мне очень приятно, что так говорят. И мне очень нравится работа. И работать мне легко. Я стараюсь создавать индивидуальный образ для каждого. Иду от спортсмена, думаю, что подойдет именно ему. Я очень люблю работать со сложными спортсменами. После Шизуки Аракавы я работал с Мики и Мао Асадой. Но впоследствии сделал выбор в пользу Мики, потому что для меня она более сложный спортсмен. У нее была неординарная психология. Для меня она представляла больше проблем. Мне нравится работать со спортсменами, которых другие уже либо списали со счетов, либо забыли. Но они при этом должны быть сильными личностями с серьезным потенциалом. – Мао Асада, основная конкурентка Андо, приехала в Москву с самым сложным набором прыжков. В обеих программах Асада пыталась исполнить аксель в 3,5 оборота как отдельно, так и в каскаде. Причем делала их на разминке, но не справилась ни с одним во время выступления. На ваш взгляд, в чем причина ошибок Асады? – Если бы она каталась не у Татьяны Анатольевны (Тарасовой), я бы объяснил. Мне видно, в чем причина. Но она катается у Татьяны Анатольевны, поэтому я воздержусь от комментариев. Пускай они сами разбираются в своих ошибках и думают, как их исправить. – Стоит ли россиянам ждать чудес на Олимпийских играх от Алены Леоновой? – От русских всегда надо ждать чудес. Поскольку в наших спортсменах заложен определенный базовый уровень, которого нет у тех же японцев. У нас очень сильные характеры. А также сильные тренеры. Наши специалисты превосходят иностранных по уровню знаний. Недаром, многие иностранцы выбирают себе российских тренеров. – Вам бы хотелось поработать с Леоновой? – Я бы с удовольствием поработал и с ней и вообще с русскими фигуристами. Но предложений пока нет. – Наверное, потому что ваша помощь очень дорога? – Нет. Я бы с удовольствием поработал. И вижу, что среди подрастающего поколения очень много действительно хорошего материала. Как среди мальчиков, так и среди девочек. – Как оцениваете результат Плющенко? – Женя доказал, что он не просто вернулся, а может претендовать на олимпийское золото. Учитывая его набор элементов, я бы ему уже сегодня поставил памятник. В этом турнире, исполнив четверные, он переплюнул результаты трех последних чемпионатов мира, в которых он не участвовал. – Это говорит о том, что никто не успел привнести что-то новое? – О том, что они просто более слабые. – Сам Евгений и его тренер Алексей Мишин считают, что остальной мир мужского одиночного катания резко взялся за изучение четверных прыжков. Таким образом, благодаря возвращению одного фигуриста поднялся уровень мужского катания в целом. – Не могу согласиться. Поскольку не только в этом сезоне, но и в прошлом многие старались исполнить четверные. Просто это не получалось. А Женя уже сегодня доказал, что он может не только планировать сложные прыжки, но и с легкостью их исполнять. – То есть уже сегодня мы можем быть уверены в его победе…. – Нет, на первое место я его поставить заранее не могу, потому что все, что касается Игр, непредсказуемо. Ясно лишь одно, что он безоговорочный лидер. источник
полная версия страницы